Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2026), п. 4

Позиция суда

По обязательству с определенным сроком исполнения исковая давность начинает течь после окончания этого срока. Подписание должником акта приема-передачи с указанием подлежащей уплате суммы признает долг и прерывает течение давности; в споре об оплате юридических услуг срок исчислялся от согласованной даты оплаты после подписания акта.

По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Подписание должником акта приема-передачи, в котором указана подлежащая уплате им сумма, является признанием долга, прерывающим течение срока исковой давности.

С. обратился в суд с иском к А. о взыскании задолженности по договору на оказание юридических услуг от 1 ноября 2017 г.

Ответчик просил в удовлетворении иска отказать, в том числе в связи с пропуском срока исковой давности.

Судом установлено, что 1 ноября 2017 г. между А. (заказчик) и индивидуальным предпринимателем С. (исполнитель) заключен договор на оказание юридических услуг. В соответствии с пунктом 1 договора исполнитель обязан по заданию заказчика оказать юридические услуги по представлению интересов заказчика в суде по гражданскому делу, а заказчик обязан принять и оплатить услуги.

Пунктом 7 договора установлено, что заказчик производит оплату услуг исполнителю в течение двух дней с момента подписания акта сдачи-приемки услуг, а если заказчик не подпишет этот акт, то оплата услуг производится в течение трех дней с момента получения акта.

1 ноября 2020 г. между С. и А. подписан акт сдачи-приемки услуг.

28 марта 2024 г. между С. (цедент) и К. (цессионарий) заключен договор уступки требования (цессии), по условиям которого цедент передает, а цессионарий принимает право требования к А., принадлежащее цеденту на основании договора на оказание юридических услуг от 1 ноября 2017 г., в том числе право требования уплаты задолженности в связи с неисполнением должником обязательств по выплате вознаграждения.

Отказывая в иске, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что требование первоначального кредитора (С.) по договору цессии перешло к новому кредитору (К.), при этом С. не доказано наличие оснований для обращения с иском к ответчику после уступки требования К.

Кроме того, суд первой инстанции указал на пропуск истцом срока исковой давности, поскольку услуги следует считать оказанными с 21 декабря 2018 г., то есть с момента вступления в законную силу решения суда, и с этого времени истец знал, что его право на оплату оказанных услуг было нарушено, однако с иском обратился в суд 1 октября 2023 г.

С выводами суда первой инстанции согласились суды апелляционной и кассационной инстанций.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривая дело по кассационной жалобе К., пришла к выводу, что постановления судов подлежат изменению путем исключения из их мотивировочной части выводов о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Из материалов дела следует, что согласно пункту 7 договора на оказание юридических услуг от 1 ноября 2017 г. ответчик обязан произвести оплату в течение двух дней с момента подписания акта сдачи-приемки услуг, который подписан сторонами 1 ноября 2020 г., следовательно, срок исковой давности следует исчислять по истечении двух дней с этой даты, а не с момента вступления в силу решения суда первой инстанции по делу, в котором истец осуществлял представительство ответчика.

Кроме того, подписание должником акта приема-передачи, в котором указана подлежащая уплате им сумма, является признанием долга, с которым статья 203 ГК РФ связывает прерывание течения срока исковой давности, а следовательно, срок исковой давности по данному делу в любом случае не пропущен.

Неправильные выводы судов о пропуске С. как цедентом срока исковой давности нарушают права К. как цессионария на предъявление требований к ответчику.

С учетом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации изменила постановления судов первой, апелляционной и кассационной инстанций, исключив из мотивировочной части судебных актов выводы о пропуске срока исковой давности.

Определение № 5-КГ25-186-К2

Иные положения акта

"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2026)", п. 4